Автор Тема: Валюшины песни о главном и вечном, "Известия" 11.07.2011г.  (Прочитано 866 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Саша

  • Старожил
  • ****
  • Сообщений: 2631
  • Валентина Васильевна-Моя Любимая певица!
    • Просмотр профиля
Валюшины песни о главном и вечном

"Известия" 11.07.2011г.

Она ушла в марте 2010-го, а нынешний июль поклонники Валентины Васильевны встретили открытием ее мемориальной доски на здании Московского государственного университета культуры и искусств, где она когда-то училась.

Простодушное обаяние, сценическая кротость, буколическое спокойствие, размеренность — важнейшие составляющие исполнительского образа Толкуновой. Большую часть своей карьеры она была принципиально несовременной, но всегда своевременной и понятной тем, кто душевно (а впоследствии, надо полагать, и духовно) с ней совпадал. Мне кажется, родись Толкунова в Америке, она могла бы стать заметной кантри-солисткой. В Союзе ее сдержанная, приглушенная «фолковость» в эстрадных рамках реализовывалась не стопроцентно. Хотя узнаваемость ей все же обеспечивала. Сопоставлять Толкунову с кем-либо из известных советских певиц ее поколения почти бессмысленно. Она существовала как бы вне музыкальных тенденций и массовых вкусов.

Редкие ее песни вроде «Стою на полустаночке» или «Кабы не было зимы» слегка приближались к отечественному мейнстриму той поры. Остальные наполняли особенную нишу возрастных баллад и колыбельных про «серебряные свадьбы», «носики-курносики», «разговор с мамой», «если б не было войны» и т.п. До определенной степени лиричность и образность Толкуновой перекликались разве что с мягкими интонациями и светлостью Анны Герман, но европейского шарма и независимого гордого взгляда последней в них не было. «Валюша», как часто называли Толкунову, вообще не очень походила на городскую певицу. Казалось, она приходит на сцену из какой-то милой светелки ухоженного сельского дома. Тем, собственно, Валентина Васильевна и брала свою публику.

Удивительно, что такой певицей она стала еще в достаточно молодом — тридцатилетнем — возрасте, после того как побывала замужем за нашим джазовым мэтром Юрием Саульским и поработала солисткой в его оркестре, исполнявшем отнюдь не пасторальный репертуар. Вероятно, в Толкуновой изначально таились иная эмоциональность и эстетика. Она постепенно их реализовывала, удаляясь не только от джаза, но и от того, что, видимо, считала суетным и соблазняющим.

В конце концов в середине «нулевых» она пришла к собственному домику близ Дивеевского монастыря, усилившейся набожности и песням «Вальс на Голгофу», «Ангел мой, будь со мной…», «Посвящение духовному отцу»… Певицу стали регулярно награждать орденами разных святых за творчество и благотворительность, и Валентина Васильевна, возможно, окончательно обрела свою стезю и гармонию. Но тут подступили смертельные болезни…

Песни Толкуновой ныне (а вообще-то довольно давно) редкостны на радио и ТВ. Лишь над одной из них ничто не властно — «Спят усталые игрушки». Такой эстафетный код от поколения к поколению для любого артиста — уже весомая заслуга. Но, полагаю, и у других «Валюшиных» песен сохранится в дальнейшем устойчивый, пусть и небольшой контингент слушателей — тех, кому Толкунова нужна как вторая мама или близкая подруга.
"ПРОСТИ МЕНЯ, РОССИЯ, МОЯ РОДНАЯ МАТЬ,
ЗА ТО, ЧТО Я НЕ В СИЛАХ ТЕБЯ С КОЛЕН ПОДНЯТЬ.
ЗА ТО, ЧТО ТЕРПЕЛИВО СНОШУ И СТЫД, И ЛОЖЬ.
НО ТЫ МЕНЯ РАСТИЛА И ТЫ МЕНЯ ПОЙМЁШЬ!!!!"