http://www.pavelbers.com/Istorija%20pesni%204.htmБорис Мокроусов
История песни «Костры горят далекие»
Живет в Москве прекрасная женщина Наталья Федоровна Шамова, вдова автора слов песни «Костры горят далекие». Она и рассказала эту историю.
Борис Андреевич получил письмо от военных летчиков, где они рассказывали об их товарище – Иване Васильевиче Шамове:
Шел 1947 год, на высоте 500 м у самолета отказал двигатель, летчик чудом остался живым, но парализованным. Два с половиной года в госпиталях. Сейчас, после долгого лечения живет в Москве и пишет стихи.
Они попросили композитора помочь этому человеку, написать песню на его стихи.
- И вот поздним вечером,- рассказывает Наталья Федоровна, - слышим звонок в дверь.
- Кто?
- Борис Андреевич.
А я в это время пух разбирала в ванной для подушек, на них Иван Васильевич лежал, он ведь ничего не чувствовал… Я быстро пух стряхнула, открыла дверь…
Жили мы с Иваном Васильевичем на Измайловском бульваре, в пятиэтажном здании на третьем этаже. Телефона у нас не было в то время. Борис Андреевич написал письмо, что должен к нам подъехать… Комнатка с балкончиком в коммунальной квартире, девять метров, как мы были рады этому…
Долго они не могли найти наш дом, тогда Измайловский бульвар только строился. И приехали поздно, часов в одиннадцать. Открыла. Он такой высокий, в пальто с красивым воротником. Жена с ним. Сели.
- Раздеваться мы не будем, Иван Васильевич, мы не надолго, не задержим вас. Вот ребята, получили мы письмо, я по письму летчиков. Вы знаете, они пишут, чтобы «Марш авиации» был. У меня пока нет такой мелодии, я еще не настроен. А вот есть у меня мелодия, готовая мелодия… Эх, проиграть бы!
Иван Васильевич говорит:
- Вы мне напойте. Наташа, дай мандолину.
Мокроусов проиграл мелодию. Ваня учился музыке и сразу сказал, какой должен быть размер.
- Вы хорошо, быстро схватили все. Иван Васильевич, напишите про любовь, про что хотите, но чтобы все совпадало с мелодией и размером.
И они уехали.
Иван Васильевич, возбужденный конечно, долго не спал в ту ночь. Думал. И вдруг он вспомнил, как мы решились поехать в Володарск, на родину мужа, на поезде. Внесли его в вагон, посадили, и мы поехали. Иван Васильевич видел эти места с воздуха, а теперь, разбитый, видел все это с земли. Ему было это очень интересно.
- Наташа, ты смотри какая природа, Клязьма, какая красота!
А там луна отражалась в воде и рыбаки сидели на берегу, рыбачили.
«Костры горят далекие, луна в реке купается…»
Вот так он вспомнил это все и до четырех часов утра писал варианты.
Потом они долго переписывались с Борисом Андреевичем. Когда был готов окончательный вариант, Мокроусов поставил эту песню в спектакль «Поддубенские частушки», и опять пишет:
- Иван Васильевич, пусть Наташа едет на улицу Горького получать деньги.
Вот он такой был аккуратный, все написал, куда, что.
И потом они долго переписывались.
Своеобразным эпиграфом к творчеству Настоящего Человека, боевого летчика Ивана Васильевича Шамова можно назвать четверостишье, написанное им на первой странице его поэтической тетради.
Был прерван в небе мой полет,
Теперь прикован я к постели.
Но я опять иду на взлет -
Стихом и сердцем бью по цели.
И.Шамов, 1950
Тетрадь начата с января 1951 г.
